Негативная симптоматика — увядшие эмоции

M7NqoTJxgDYИменно собственные эмоции лежат в основе эмпатии — способности понимать и распознавать чувства другого. Тут прямая связь: ведь других людей мы можем понимать только пропуская их переживания через себя. Чем лучше нам знакомы какие-то эмоции, тем легче нам будет увидеть, даже по мельчайшим знакам, их и в другом. Чем чувствительнее мы к каким-то определенным переживаниям в себе, тем острее будем на них реагировать в другом.

Здоровая, развитая эмоциональность лежит в основе способности к чуткости, умении встраиваться в компании, проявлять ловкость в отношениях, знать где и когда промолчать, где пошутить, а где сказать напрямик. Так, чтобы за человеком шлейфом не шло неприятное чувство неловкости, неуместности и слона в посудной лавке, который вечно брякает что-то не то.

Для описания этих способностей используют такие термины, как эмоциональный интеллект, социальные когниции и прочее. Если же сказать по человечески, то это именно то, что называется обаянием.

И это именно то, что поражается при психических расстройствах. В первую очередь при расстройствах шизофренического спектра, хотя тут возможны и другие нозологии. Иногда словно бы происходит точечное, прицельное разрушение именно этой сферы. Постепенное. Длительное. Нарастающее годами. Если не лечить — неуклонно нарастающее.

680x470_0xc0a8392b_20032409421461654320Нарушается понимание самого себя, своих эмоций, своих чувств. Их становится меньше, уходят тонкие градации, могут выпадать целые блоки переживаний. Все чувства словно усыхают, припыляются, сглаживаются. При этом могут остаться две — три яркие эмоции, скажем, тревога, раздражение и мутная безнадежность. Или же дурашливая радость и механистичный оптимизм заводной игрушки. И этими двумя — тремя эмоциями человек будет реагировать на абсолютно все, что с ним происходит — других-то не осталось. Как будто включена заезженная пластинка, которая повторяет свои три ноты снова и снова, и никаких других композиций не осталось. Да и сама мелодия становится все более простенькой и фальшивой.

Чисто внешне это проявляется в первую очередь в мимике. Ее становится мало. Лицо будто восковое, неподвижное. Как застывшая маска. Либо, другой вариант, мимика будто утрированная, карикатурная, иногда даже словно насильственная.

Чем дальше зашли эти изменения, тем тяжелее их как-то почувствовать изнутри. Просто все более нарастает оторванность от других людей и вообще мира вокруг, все больше нарастает чувство, что все вокруг живут по неким непостижимым законам, не проговариваемым правилам, которые тем не менее почему-то всем остальным очевидны. Словно бы инопланетянин оказался среди людей, и единственное его спасение — формальная инструкция, которая постоянно дает сбои.

690x459_1_6335b3463b1f39c34a49113f450ffae7@725x483_0xc0a8392b_9582929151446111741При финальной стадии этих нарушений эмоций не остается вовсе. Только апатия. Все становится безразличным. Неважным. Неинтересным. Не остается даже тоски, даже боли — ничто не ранит. Животное, вегетативное существование вполне устраивает — не ради чего шевелиться. Нет ни кнута, ни пряника. Человек реагирует только на самые грубые, физические стимулы. Лечь и тратить как можно меньше сил — единственная возможная стратегия поведения. Да и сил никаких не остается, ведь наши силы — это производная от наших желаний, которые рождаются из эмоций. Из того, что что-то становится небезразличным. А если все безразлично? Это и называется эмоционально-волевой дефект, апато-абулический синдром.

Голланд Этель
Врач-психотерапевт

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>